Evilly personal place

Юрий Илльенко

(Режиссер, оператор, сценарист, актер):

Я уже не действующий режиссер, я уже не действующий профессор, хоть у меня... Да, для тех, кто не знает, один выпуск мастерской операторской в конце... начале 70-х и четыре мастерских Карпенка-Карого. Я абсолютно категорически не согласен с Мусиенко Оксаной Станиславовной о рецептурном разговоре вообще с моей стороны. Это абсолютно неправильная позиция, которую я никогда не разделял и разделять не буду. И это, знаете... когда звучат такие слова, я всегда вспоминаю такую классическую формулу о кинокритике, которая всю жизнь хочет пересесть с заднего сидения за руль. За рулем сидит кинорежиссер, а тот, кто сидит на заднем сидении, пусть там и сидит. Лучше его выкинуть вообще.

Сложилось так, что почти на протяжении 14-ти лет пресса, кинокритика, те люди, которые имели бы совесть, силы и право поддерживать национального производителя, в том числе и молодежь, в том числе и студентов, студенческое кино, очень упорно уничтожала их. Не знаю по каким причинам - причин может быть много. Но это сейчас можно вспомнить эту ситуацию. Все-таки, вы знаете, есть несколько способов рассматривать произведение - можно рассматривать как авторскую задумку, анализировать это, можно рассматривать как собственно произведение, только соотношение, так сказать, формальные признаки, а можно рассматривать как реакцию зрителя на это произведение. Это все будут разные анализы. Но нужно рассматривать все-таки в контексте того, куда это произведение, где это произведение оказалось. Мы оказались в фантастическом контексте - и молодое кино, и студенческое кино, и старое кино - мы оказались в контексте гетто, в контексте уничтожения национальной культуры. Революция, которая состоялась, это собственно была революция, которая восстала против этого, именно против этого. Революция была не за Ющенко, не за Тимошенко, не за там других вояк пролетариата, а революция была инспирирована тем, что люди уже просто не захотели жить в ситуации, когда их отлучили от собственной культуры, от собственного самоуважения, от собственной работы. Вот это, в принципе, все как капли воды происходит в ситуации с кинематографом. 

Слушайте, за эти года, когда я был в Карпенка-Карого, моя мастерская, параллельные мастерские прошли сотни-сотни фантастически одаренных людей. Практически все получили очень квалифицированное образование. Я могу сказать, потому как мне пришлось очень много познакомиться с программами и формой обучения почти во всех киношколах мира - Лос-Анджелес, Берлин, Мюнхен, Париж и такое другое. И могу сказать, что то образование, которое дается у нас, на нашем жалком, потому как просто без денег мі работаем, не финансирует государство это, просто не финансирует, годами не финансирует - на пальцах получается нужно передавать то, что ты знаешь. И не смотря на это, методология установки профессии в нашем кинообразовании настолько классическая, не нами разработана, а еще разработана в такой великой киношколе как ВГИК большими мастерами и все-таки мы ее усовершенствовали и смогли чего-то добиться, что у нас маленький этот пример, который навел Мыхайло - призы студентов, призы - это впечатляет. Это свидетельство чего? Это свидетельство не только высокого профессионализма и таланта, а это свидетельство того - призы на международных фестивалях, я имею ввиду, я был главой многих международных кинофестивалей, или членом жюри многих международных... и то, что сказала Валентина Романовна и пани Мусиенко, что уровень наших студенческих фильмов, наших молодых фильмов практически всегда был выше. Выше, потому как все-таки мы даем профессиональные навыки, очень высокие профессиональные навыки. Это одна проблема. Проблема - будто существует фантастически подготовленных к работе, готовых принести, сказать свое слово. Не имеете вы права, Оксана Станиславовна, вообще говорить так или не так. Они это говорят. Они говорят то, что им нужно сказать и так, как они хотят это сказать. Услышьте это! Поймите это! А не давайте рецептурные советы как нам нужно делать. Это нельзя говорить никому! Не мне, старому... козлу, не вам молодым... козлятам. Здесь я извиняюсь.

Молодое кино - студенческое, молодых кинематографистов - должны сложить просто большую благодарность моему брату младшему (Мыхайлу Ильенко) за то, что на протяжении многих лет, практически в режиме рукопашной борьбы с теми, кто... у кого можно вырвать с кармана эти жалкие копейки, чтобы арендовать экран, проектор, помещение и другое, сделать копии фильмов. 9 лет - ну я это знаю потому, что я его брат. Знаю как он просто... я говорю - Миша, еще один фестиваль и я тебя прокляну, я тебя просто... Что ты делаешь? Это самоубийство, просто самоубийство - в таком режиме работать. Именно за одно - все-таки часть, малая часть этого мощного молодежного кино все-таки предъявлена и живет. И очень сейчас предъявлена.

Сейчас приходят судьбоносные дни для украинского кино. 23-го (февраля) будет слушание в Верховной Раде. Что это такое? Это попытка тем людям доказать, тем людям в Верховной Раде, которые собственно и уничтожили кинематограф украинский, потому что именно в Верховной Раде находятся все те, кто владеет каналами, владеют видео-рынком и владеют киноэкранами Украины - там они находятся. Они все, я таки еще одно слово скажу, а это - олигархи, они все олигархи. Кино в Верховной Раде, национальное кино, не лоббирует ни один. Нет лоббиста украинского кино в Верховной Раде Украины. И попытка перед всей Верховной Радой сделать стриптиз и доказать ей, что украинское кино отсутствует не потому, что оно бездарное, как на каждом шагу доказывает каждая газета, которой даже подтираться не хочется. Я это знаю на собственной шкуре. 18 тысяч убийственных рецензий - да я плевать на вас хотел, на ваше мнение, господа из этих журналов и газет. Плевать хотел! Я знаю, что я сделал, но 18 тысяч! Слушайте, люди добрые, и это все и на вас то же самое. Почему, я спрашиваю - почему? Только потому, что кинематограф - это такие большие деньги? А это большие деньги крутятся, вы знаете, крутятся это бешенные деньги. Даже только на Украине. Они все сейчас вымываются за границу Украины. Нет, это не только большие деньги, это еще формирование национальной культуры. Именно это и хотят не позволить Украине, молодой Украине - формировать свою собственную культуру. А вы ее уже делаете. Это, этот каталог (каталог фестиваля "Открытая ночь" - Evilly) - это потрясающий вклад, потрясающий! Как случилась революция? Одно неудовольствие, другое неудовольствие, третье неудовольствие. Когда я писал свой опус, то они смеялись, когда я сказал - УПА. Единственный выход - повстанческая информационная война. Смеялись. Слушайте, они собрались на Майдане все. И потому эта молодая энергия, которая есть в вас, в этих, вот в этом каталоге, она все равно уже все сметет. Это абсолютно... Я вам просто... Знаете, как говорят - "не в гроб идя благословен". Я вам это доказываю. Вот всю свою жизнь - сначала я страдал от того, что молодой, это было лет до 60-ти, потом я страдал, что я значит издеваюсь с молодежи. И эта тотальная попытка стравить старшее поколение, которое стоит перед вами в виде профессоров в нашем институте, с молодежью, которая будто против этих профессоров должна бороться - да ради бога, пожалуйста, чтобы только любили кино.

И все таки, заканчиваю, в эти судьбоносные моменты, которые будут происходить, мы сведены в принципе кинематографистами, которые разобрались что к чему, к очень простым вещам - нужно в этом государстве запустить законы, законы, которые известны в тех странах и работают в тех странах, в которых кинематограф в свое время был в таком же положении, скажем, после войны в Франции. Они создали защиту этих законов. Когда этот закон о кино, который упоминается, поступил в Верховную Раду, когда все эти положения защиты на слушания не вышли, их выкинули, еще до сессионного зала из этих законов. Закон... более глупого закона, чем закон о кино, я в своей жизни... там только эпитеты - как красиво, кино - это красиво, это прекрасно - и все, больше ничего. Ни единого пункта о том, как он должен работать в рыночных условиях, нет. Разработали эти законы, подарили России, Россия их внедрила и процветает кинематограф. Не буду говорить о качественной части - он процветает. Может случиться так, что эти законы 23-го числа, вернее поправки, потому что закон один против другого может быть сведен к одному какому-то закону, или кодексу законов о кино. Он распылен, о налоговой там, авторские права, о структурах и т.д. Но будут ли наконец-то эти законы приняты? И это не все.

Первое, что отрицает, скажем, директор, генеральный директор киностудии Довженка - он отрицает, что вы существуете. Неоднократно и бесконечно он отрицает, что вообще не существует. Пан Балаян в стенах этого университета тоже сказал, задекларировал - нету у нас ни сценаристов, нету у нас ни режиссеров, нету у нас ни актеров. Актеров не знают наших потому, что они уничтожались нашей прессой. Так, как издевалась пресса над нашими актерами, ни над кем она не издевалась! Как вы думаете, если каждое утро говорить как "Отче наш" что существует только Мэл Гибсон и там Кейдж, да, они действительно хорошие актеры, но это американские актеры. Я прочитал недавно в одной книге фантастическую фразу, как пытался один писатель сделать свой бестселлер сценарием в Голливуде. Продюсер ему отказал по одной причине, сказал - в вашем проекте нету ни одного персонажа, с которым бы мой американский зритель мог себя идентифицировать. Все. С кем можем мы себя идентифицировать в кинематографе, которого не существует? Я не хочу себя идентифицировать с... "Основной инстинкт", этот, как его... Дуглас. Я не хочу. Ну извиняйте. Но все усилия, которые направлены на то, чтобы ссориться между собой, между старшим поколением - я сказал, я уже ничего не снимаю, мне не нужно признание мастерства - а не объединимся усилиями в эти роковые моменты, эти фатальные моменты для нашего кинематографа. И все-таки, если не будут приняты эти законы и структура, которую предлагает кинематограф - нужно выйти на Майдан. Все. Выйти на Майдан. И рассказать там на Майдане о Швеции, рассказать там о Клемон-Феране, о том, что нас загнали, нас - культуру Украины, кинематограф Украины - в гетто. И не хотят оттуда выпускать, потому что это экономически небезопасно для тех, кто набивает фантастические карманы на телеканалах и на видеорынке.  

Выступление на пресс-конференции
«Бойкотированное кино»
19.02.2005 г. посвящено итоговому
внеочередному фестивалю
«Открытая ночь. Дубль 9»

(c) Украинский Готический Портал (www.gothic.com.ua)